Фирма расположена в относительно большом (около 200 тысяч жителей) провинциальном городе Прато, что на севере Апеннинского полуострова, в Тоскане. Это, можно сказать, серединная Италия: еще не промышленно развитый материковый Север, но уже далеко не промышленно слабый, аграрный, затюканный мафией Юг. Но в отличие от Маньяго в Ломбардии, Прато не может похвастаться многовековыми ножедельческими традициями.
Фирму с весьма претенциозным названием Extrema Ratio основали в 1997 году компаньоны Маурицио Кастрати и Мауро Kьостри (Maurizio Castrati & Mauro Chiostri). В отличие от основателей абсолютного большинства похожих фирм они не были ни мастерами-ножеделами, ни бывшими сотрудниками какого-либо ножедельческого предприятия, а занимались, по некоторым сведениям, менеджерской и маркетинговой деятельностью.
Это, конечно, не конфликтует с учреждением и открытием собственной ножедельческой компании. Напротив, хороший менеджер всегда найдет себе и проектировщика, и технолога, а вот хороший проектировщик, но неопытный руководитель, скорее всего, дело раскрутить не сможет.
За продвижение ножей на рынок в свежеиспеченной фирме отвечал Мауро Кьостри, а непосредственно их разработкой занимался Маурицио Кастрати, поэтому именно на его имя зарегистрировано несколько патентов, касающихся технических решений, использованных в изделиях фирмы.
Время появления фирмы вызывает удивление. Да, 90-е годы ХХ столетия закономерно и заслуженно названы журналистами «золотым веком американского ножеделия».
Но, во-первых, именно американского, а не европейского — европейское тогда едва дышало, придавленное грузом многовекового опыта и традиций, и только предпринимало отчаянные, не всегда успешные попытки освободиться от него.
Во-вторых, плоды «золотого века» пожинали главным образом фирмы, учрежденные на одно-два десятилетия раньше и уже успевшие ввести и освоить современные проекты и технологии их воплощения, создать современную производственную базу и приобрести прочную рыночную позицию и соответствующую репутацию.
А в-третьих, во второй половине 90-х наступил предел «расцвета»: дальше расцветать было некуда — поглотительные возможности рынка исчерпались. Было ясно, что спрос вряд ли увеличится, если вообще не будет падать.
Ну, скажите на милость, сколько ножей может купить себе человек, тем более если хороший нож способен служить ему много лет? Начало хозяйственной деятельности в отрасли в момент ее наивысшего расцвета сродни попытке залезть еще выше, когда находишься на самой вершине дерева (да и закончиться все может весьма похоже).
Старт компании трудно назвать бравурным. Полное укомплектование производственных мощностей заняло около трех лет, и только на переломе столетий на рынке появилась серийная продукция фирмы. Но когда ее ножи были впервые показаны на международных ножевых выставках — дебют, если мне память не изменяет, состоялся на IWA-2000 в Германии, — впечатление было поистине ошеломляющим.
Представьте огромный и шикарно обставленный стенд, а на нем — да это же просто ужас! — толстенные клинки с угловатыми лезвиями, какие-то пилы, зубья на обухе, непонятной формы рукояти... Что этими ножами можно делать? Для чего использовать? Разве что для смертоубийства с ярко выраженными элементами патологии.
Да и кто будет их покупать по исключительно потолочным ценам, когда вокруг полно ножей, качественно изготовленных из первоклассных материалов, по отлично проработанным проектам известных мастеров своего дела, да и по ценам, соответствующим их реальным потребительским свойствам?
В то время журналисты, интересующиеся ножевой отраслью, предрекали фирме быстрый конец, представляя ее бабочкой-однодневкой. Были, впрочем, и более осторожные суждения. А один журналист, несомненный эксперт мирового класса в ножевой отрасли, признавая всю бессмысленность новых ножей с потребительской точки зрения, сделал, однако, несколько неожиданный вывод: «Таких ножей, какими они должны быть, на рынке полно.
Так давайте теперь сделаем нож, каким он быть не должен!» И оказался прав, что подтверждает факт присутствия Extrema Ratio на рынке до сегодняшнего дня.
Да, до сих пор эта фирма придерживается концепции несокрушимого ножа: им можно выламывать двери бомбоубежищ, крышки танковых люков, он вбивается в расщелины скал и используется в качестве скальных крюков. Однако преувеличенное внимание к обеспечению высокой механической прочности приводит к чрезмерному увеличению толщины клинков и, как следствие, массы ножей, что в свою очередь входит в противоречие с удобством их ношения и эффективностью применения по прямому назначению.
Впрочем, нельзя сказать, что компания делает ставку исключительно на крутизну своих изделий. Понемногу крутизна размывается, уступая место более умеренным образцам ножей, которые «могут даже резать». В проектировании изделий фирмы просматривается продуманный профессиональный подход.
Ножи выполнены весьма и весьма качественно, и материалы для их изготовления выбраны подходящие, солидные, хотя и не экзотические. Кроме этого, фирма сохраняет умеренность в отношении термообработки клинков и не принимает участия в модной сегодня гонке за наивысшей твердостью.
Клинки, изготовленные из австрийской нержавеющей стали Böhler № 690, закаливаются только до твердости 58 HRC, позволяя оптимальным образом сочетать прочность с вязкостью, а сохранение остроты лезвия — с возможностями его заточки даже в полевых условиях. Для сравнения: большинство клинков конкурирующих фирм из этой самой стали закаливается до 60 HRC, а то и выше, уже явно «скатываясь» в экстремальные, а не оптимальные соотношения между твердостью и однозначно связанной с ней хрупкостью, между удерживанием заточки и удобством ее выполнения.
Рекламная информация фирмы подчеркивает, что ее изделия соответствуют строгим нормам и требованиям, выдвигаемым армией и полицией, имеют всевозможные сертификаты, используются бойцами элитных спецподразделений во многих странах мира.
Тут, однако, надлежало бы упомянуть, что соответствие военным и полицейским стандартам вовсе не означает автоматического принятия данного изделия на вооружение. В мире существует множество ножей, отвечающих требованиям военных, но тем не менее не принятых на вооружение ни одной армией мира. А профессиональные бойцы элитных спецподразделений часто сами, по собственному выбору, покупают некоторые элементы своего снаряжения.
И даже если принять на веру, что некоторые изделия фирмы действительно приняты на вооружение военных или полицейских подразделений в каких-либо странах мира, то это вовсе не свидетельствует об их высокой пригодности. Выбор высокопоставленных чиновников чаще предопределяется «личными контактами», нежели действительными потребительскими качествами проходящих по госзаказам изделий.
Есть определенные сомнения в корректности употребления таких рекламных слоганов, как «Наши ножи приняты на вооружение» или «Мы поставляем ножи для армии». Дело в том, что в контрактах и госзаказах для нужд армии, полиции и прочих подобных формирований, как правило, оговариваются конкретные условия, запрещающие изготовителю продажу их изделий на открытом гражданском рынке.
Попросту говоря, если фирма рекламирует нож или же штык-нож на своем интернет-сайте или в каталоге, то можно быть уверенным, что никакая армия, полиция или иная военизированная государственная организация не приняли их на вооружение.
Кому можно порекомендовать «экстремальные» итальянские ножи? Думаю, прежде всего желающим покрасоваться перед знакомыми и взрослым любителям поиграть в войну, особенно если они располагают бумажниками соответствующей толщины.
Несомненно, несокрушимостью своего ножа можно похвастаться на загородном пикнике, но в длительном путешествии, в действительно тяжелых, экстремальных условиях пользователь, скорее всего, проклянет эту несокрушимость из-за сопутствующего ей значительного веса.
Комментарии (3)
Филипп Стогов
По последнему ножу, несмотря на ссылку, что он "весьма условно и приблизительно" изготовлен в стиле "Bowie", нужно заметить, что он и близко не лежал с истинным "Bowie". Но для охотников, что первоначальный вариант, что "новодел" - "деньги на ветер".
Михаил Зайцев
Для экстремальных понтов, а не амбиций. Это ножи, чтобы лечь на полку.
Александр Столяров
Если что и достойно внимания у этой фирмы, так это ножны и чехлы. Выполнены действительно мастерски. Что касается ножей, то это вообще ни на какую голову не натянешь, абсурдные формы клинков, рукоятки под девизом - попробуй не обрежься. Вобщем, мне приплати, я это в руки не возьму.